Томми очнулся в холодном подвале, с тяжелой цепью на шее. Вчерашний вечер промелькнул в памяти обрывками — шум, драка, а потом темнота. Его похитил внешне спокойный мужчина, хозяин этого тихого загородного дома. Мужчина объяснил, что хочет «исправить» Томми, сделать из него «нормального человека».
Парень пытался вырваться, кричал, рвался с цепи. Он всегда решал проблемы силой, иного способа не знал. Но вскоре в подвал стали спускаться другие обитатели дома — жена похитителя, их дети. Они не кричали, не угрожали. Они разговаривали. Сначала Томми лишь огрызался, но их упорная, тихая настойчивость дала трещину в его броне.
Дни сменялись неделями. Жесткие правила, беседы за обеденным столом, странное чувство, что о нем заботятся. Томми начал прислушиваться. Он стал замечать, как его собственные грубые слова режут слух. Стал ловить себя на мысли, что где-то внутри просыпается что-то иное — стыд, а потом и смутное желание не разочаровать этих людей.
Теперь он сам не мог понять — играет ли роль послушного ученика, чтобы вырваться, или мир вокруг и вправду начал меняться, приобретая новые, незнакомые прежде очертания.
